Пармезан — на корм скоту

«1 августа президент профсоюза европейских фермеров и работников сельхозкооперативов, который представляет интересы 28 миллионов человек, Альбер Ян Маат сообщил, что, из-за введенного Россией продуктового эмбарго, европейские производители сельхозпродукции потеряли 5,5 миллиарда евро. Европейский агропродовольственный экспорт сократился почти на 50% — на 5,5 миллиарда евро». И недовольство такого количества работников не может пройти безболезненно, ведь «предложенные Еврокомиссией меры по оказанию поддержки сельскохозяйственному сектору являются недостаточными, чтобы компенсировать потери».

Напомним, что ограничение 7августа 2014 года импорта товаров касалось только тех государств, которые ранее ввели против России ограничительные меры. В свою очередь, наша страна ограничила ввоз рыбы, мяса, колбасы, фруктов, овощей, молочной продукции. То есть против нас ввели санкции— мы ответили. Око за око…

Казалось бы, слава Богу, Россия не только встала с колен, но и начинает вводить пусть не совсем паритетные, но всё-таки ответные меры. О том, что запрещённые к ввозу товары, тем не менее, всякими хитрыми способами ввозят, было немало разговоров. Европейцы действовали по принципу: имели мы в виду ваши законы и ваши запреты.

И вот, правительство, вспомнив, что должно защищать интересы нашего государства и адекватно отвечать на зарубежное хамство, что все наши беззубые «жесты доброй воли» всепрощенчества по отношению к обнаглевшему Западу ведут к ещё большей его наглости и воспринимаются как слабость, приняло постановление от 31 июля 2015 года № 774 «О порядке уничтожения сельскохозяйственной продукции, запрещенной к ввозу в Россию», согласно которому с 6 августа ввезенные на территорию России запрещенные продукты будут уничтожены. Уничтожение должно происходить при свидетелях и фиксироваться на фото и видео. Чтобы потом нас не уличали, будто «уничтожили путём поедания».

И тут, что называется, началось! Либералы и правозащитники, которые извечные друзья Запада и ненавистники любых разумных действий государства, завопили: мол, это варварство — уничтожать продукты, да еще — «в стране, помнящей голод»! В связи с этим стоит напомнить, что есть немало свидетельств, что исчезновение на закате советской власти продуктов с прилавков организовали именно либералы. Разные станкевичи уничтожали продукты, искусственно организуя голод, чтобы вызвать недовольство народа и голодные бунты. А тут вдруг сразу вспомнили о бедных и сирых, в которых они, либералы, и превратили население России едва ли не поголовно.

Сейчас либералы призывают контрабандной продукцией (то есть не проверенной на качество) кормить этих самых бедных. А по словам главы Роспотребнадзора Анны Поповой, при задержании 25 контейнеров, в которых якобы находились химические реактивы, там были обнаружены мясные продукты. Которые прямо из этих контейнеров, где могла быть любая «химия», должны были пойти в продажу! Ну, а если предприниматель идёт на нарушение закона, привозя нам непрошенный товар, то неужели он из-за возможной выгоды не пойдёт и на то, чтобы нас «травануть»?

Помнится, те же самые либералы просто ликовали, когда Запад вводил санкции против России. Но ведь санкции весьма повлияли на экономическое положение страны и достаток населения: если из-за непоставленных товаров останавливаются производства, то люди не получают зарплаты, голодают, то есть вынуждены предпринимать «ограничительные меры» по потреблению продовольствия. А разве разгром либералами отечественной промышленности в «лихие девяностые» не привел к обеднению людей, к массовым голоду и нищете?

И что же наши либералы тогда не били тревогу, наблюдая за уничтожением якобы «неконкурентоспособных» предприятий, сельскохозяйственных в том числе? Почему не волновались, что земли подмосковных совхозов застраиваются особняками «новых русских», которые кроме, извините, продуктов жизнедеятельности, ничего не производят?

Почему они «на заре демократии» просто ощетинились против государственных дотаций крестьянам, которые-де, «разоряют государство». И никакие резоны, что западным товаропроизводителям государства платят дотации гораздо большего размера, что продовольственная безопасность — важнейший фактор независимости государства, не действовали. А теперь, когда уже и картошку с морковью вынуждены завозить из-за океанов, либералы озаботились о народной сытости?!

Тогда миллионы наших соотечественников и десятки тысяч предприятий, видите ли, «не вписались в рынок!» — и это было, с либеральной точки зрения, оправданно и даже необходимо. А теперь, когда явные преступники-контрабандисты «не вписались» в российские законы, с либеральной точки зрения, эти преступники выглядят героями, спасающими Россию от голодной смерти…

Всплакнул над долей несанкционированных продуктов (в особенности, наверное, о судьбе польских яблок) небезызвестный человеколюбием Сергей Станкевич — ныне эксперт Фонда Анатолия Собчака. Помнится, тот ликовал, что позакрывались предприятия Ленинграда: мол, воздух в городе стал чище.

Негодующие либералы пекутся о голодающих бедняках. Но везут-то «Дор блю» из Дании, «Шредингер» из Австрии, швейцарский «Пармезан», «Грана Падано», «Маасдам», «Эмменталь», сыры с белой, голубой и зеленой плесенью, «Пекарино Таскано», «Пекарино Неро», «Манчего»! Это — для неимущих? Французские устрицы с испанскими креветками — для нищих? Это же их, либералов, лишили контрабандного пармезана! А не миллионы якобы голодающих россиян.

Конфискованные продукты будут перерабатываться в мясокостную муку — добавку в корма для животных — на специализированных предприятиях. Накормим российских животных иностранным пармезаном и другими деликатесами!

Например, Анатолий Вассерман, считая уничтожение контрабандных продуктов верной и законной мерой, напомнил, что есть правило — преступление не должно окупаться. «Экономисты доказали, что если средний доход преступника за все время его деятельности (с учетом даже времени отсидки в местах лишения свободы) превышает средний доход честного человека, то преступления будут плодиться безудержно». Поэтому «экономические преступления надо карать таким способом, чтобы преступник получал при этом максимально возможный материальный ущерб». Поэтому, «с точки зрения правовой и экономической логики, уничтожение товаров, нарушающих эмбарго, совершенно необходимо».