Вадим Карасев: важна элитная изоляция Тимошенко

Мы разговаривали с Вадимом Карасевым еще до назначения Николая Азарова премьером. Однако никаких сомнений в том, что именно так все и будет, ни у кого не было. Естественно, больше всего нас интересовало, насколько технично и законно было проведено формирование новой коалиции на основании поправок, внесенных в Регламент. Карасев утверждает, что может возникнуть кризис легитимности, поскольку сформировалось объединение арифметического большинства. Мы возражали: а как же коалиция меньшинства, которую Юлия Тимошенко два года выдавала за реально существующую? Как известно, в ходе дискуссии рождается истина. Не факт, конечно, но будем на это надеяться. Во всяком случае, дискурс уже есть.

Вадим, как вы считаете, к каким последствиям может привести изменение правил формирования парламентской коалиции? Имеется в виду принятие Верховной Радой поправок в Регламент, в соответствии с которыми отдельные депутаты могут входить в коалиционное большинство.

— Небольшие изменения, внесенные в Регламент (буквально два слова), могут привести к серьезным, я бы даже сказал фундаментальным, политическим последствиям. Если говорить о создании коалиции и нового правительства, то, безусловно, регламентные поправки открывают прямой путь к назначению премьер-министром Николая Яновича Азарова. Можно с уверенностью утверждать, что будет сформировано правительство Виктора Януковича, хотя по своему составу оно будет аналогичным кабинету, работавшему во время президентства Леонида Кучмы. Практически тот же состав, только с небольшими вариациями. Это как бы возврат в начало 2000-х годов. Не буду давать политических оценок, а перейду сразу к политологическим выводам.

Прежде всего, формирование правительства Президента свидетельствует о возврате к политическому режиму, который опирается на персональный ресурс главы государства. В этот ресурс входит губернаторская вертикаль, правительство, контроль над бюрократией. Другими словами, речь идет о переходе к административно-политической системе управления, в которой доминирующую роль играет Президент. Предпринимается попытка вернуть главе государства статус верховного политигрока. До этого, в соответствии с конституционной реформой 2004—2006 годов, вся конструкция власти держалась на парламентской коалиции. Фракции, которые входят в коалицию на основе политических, а не индивидуальных позиций, формируют коалиционное правительство, предлагают Президенту кандидатуру премьера и утверждают ее. Поэтому у Виктора Ющенко в 2006—2007 годах не было выбора, кого назначать премьер-министром: либо Тимошенко, либо Януковича.

Так ведь Виктор Янукович и не собирается игнорировать коалицию! Просто меняется технология ее формирования.

— Дело в том, что в украинских условиях коалиция — это не просто парламентский инструмент для одноразового формирования правительства, назначения премьер-министра и так далее. В соответствии со статьей 83 Основного Закона, коалиция — это основополагающий институт всей системы власти. С его помощью, например, реализуется модель выборной демократии: избиратели голосуют за партийные списки, партии формируют фракции, фракции — коалицию, которая и формирует Кабинет министров. Президент не участвует в данном процессе. Он может его модерировать только в том случае, если обладает большой фракцией в Раде. То есть опосредованно. Коалиция все равно является доминирующим институтом. Другого пути просто нет. Или фракции формируют коалиционное большинство, или Рада распускается. Другими словами, в Конституции предусмотрен механизм принуждения украинских элит к компромиссу. В этом смысле можно говорить о системе правления элит. И тогда коалиция является не просто парламентской площадкой, а еще и локусом консолидации страны, точкой сборки и элит, и страны.

А теперь что получается? Вместо того чтобы договариваться до упора, в Регламент вносятся изменения, и коалиция перестает играть роль несущей конструкции политической системы. Ведь теперь «регионалам» нет необходимости договариваться с «Нашей Украиной», другими парламентскими фракциями. Не надо учитывать политические позиции фракционных групп, поскольку отдельный депутат их не имеет. У него могут быть свои политические взгляды, однако его избирали как члена партийного списка. То есть с точки зрения коалиционной системы депутат как таковой не является политическим субъектом. Он всего лишь член фракции и не имеет юридического права формировать состав правительства.

На основе новой редакции Регламента можно сформировать не политическую, а арифметическую коалицию. Такие парадоксы случаются в политике. Это означает, что Президент становится несущей конструкцией системы власти. Фактически в обход коалиции. И хотя по форме все будет о’кей, по сути появится совсем другая система власти. Теперь уже именно глава государства, а не элиты, будет управлять страной. Президент станет опираться не на элиты, а на свой административный ресурс, который, кстати, уже никогда не станет таким, каким был при Леониде Кучме. Страна уже другая.

Глава государства, подменяя собой групповой режим управления элит, фактически претендует на то, что именно он является фактором консолидации общества. Но опять-таки, хватит ли у него для этого электорального и административного ресурса? Может ли Президент, выигравший только в десяти областях, быть лидером всех украинцев?

Возможно, Виктор Федорович искренне стремится к этому. Но в 2010 году нельзя повторить путь, пройденный в свое время Леонидом Даниловичем. Невозможно реанимировать административный ресурс, деполитизировать раскол на запад и восток, убрать финансовые и политические элиты, которые почувствовали вкус демо-олигархического плюрализма.

А какова роль оппозиции в новых политических условиях? Например, на что способна Юлия Тимошенко?

— Для Виктора Януковича сегодня очень важно провести элитную изоляцию Тимошенко. Ведь на президентских выборах она проиграла именно из-за того, что находилась в изоляции от элит. Бизнес-класс ее не поддержал, поскольку видел в ней опасного игрока, который представляет собой системную угрозу для нынешней модели капитализма. А Янукович выступал на выборах как представитель элитных групп. В результате накануне второго тура Юлия Тимошенко оказалась в изоляции. Ее не поддержали другие элитные игроки — Виктор Ющенко, Сергей Тигипко, Арсений Яценюк. А Янукович, наоборот, пользовался негласной поддержкой. И его победные три процента — это своего рода бонус как неформальному представителю элит. На мой взгляд, данный тренд необходимо удерживать хотя бы до 2012 года. Стратегия Януковича должна заключаться в том, чтобы оставаться неформальным лидером элит и консервировать Тимошенко в статусе опасного, антиэлитного игрока. Но идя на фактическую отмену коалиции, Президент Виктор Янукович рискует поменяться ролями с Юлией Владимировной. Теперь она может стать лидером элит, представители которых уже начинают с тревогой смотреть на «кучмистскую реэволюцию» Виктора Федоровича. Не исключено, что Тимошенко начнет постепенно группировать возле себя недовольных.

Но это маловероятно! Арсений Яценюк заявил, что намерен сформировать свою оппозицию, а Тигипко, возможно, склонен принять предложение Президента насчет работы в новом правительстве. Кроме того, Тимошенко, судя по ее последним заявлениям, выбрала нишу национал-патриотической оппозиции. Она фактически сама себя изолирует.

— Нет, она себя не изолирует. Это тактический ход. Юлия Тимошенко сегодня пытается стать монопольным оппозиционным магнитом для всех недовольных, разочарованных и обиженных. А затем, когда к ней подтянутся другие, она станет диктовать свои условия. Играть роль старшего партнера. Поэтому для Тимошенко важно забить этот оппозиционный колышек, обозначить свою оппозиционную территорию. Со временем, если тренд на рецентрализацию президентской власти продолжится, к ней подтянутся группы недовольных бизнесменов.

По всей видимости, новый Президент рассчитывает на то, что он в состоянии, обойдя коалицию и свою партию, выстроить собственную политику на чисто управленческих вертикальных механизмах властвования. Но сегодня нельзя восстановить вертикаль власти. Она сломана. Современное государство — это не вертикаль, а сетевые формы управления. Это горизонталь, переговорные процессы, компромиссы.

Я не считаю, что Тимошенко станет нишевым политиком. Во-первых, она крайне маневренна. Во-вторых, весь этот национализм и патриотизм, который Юлия Владимировна демонстрирует в последнее время, — не искренний, а чисто технологический.

Знаете, какая может возникнуть угроза для нового Президента? Он способен настроить против себя элиты. И не только парламентские. Это как раз не так важно. Депутаты, скажем так, — люди одноразового употребления. Президент может вызвать недовольство олигархов не только первого, но и второго эшелона.

Когда Владимир Путин формировал режим управляемой демократии, у него были силовики, бюрократия, а затем появилась доминирующая партия — «Единая Россия». А что есть у Виктора Януковича, кроме победы на выборах? Бюрократии нет, и в этой стране ее не будет никогда. После отставки Юрия Кравченко с должности министра МВД силовиков, способных претендовать на некие квазиполитические функции, в Украине тоже нет. И доминирующей партии нет, поскольку ПР — это не «Единая Россия».

Что сделал Путин, прежде чем началась стабилизация ситуации? Зачистил телевидение, отправил в ссылку Березовского и Гусинского, затем посадил Ходорковского. И смог выдержать пресс Запада.

В состоянии ли украинский Президент повторить этот путь? Я не утверждаю, что он собирается копировать Владимира Владимировича. Просто такова логика развития персонализированной власти. Сказав «А», надо говорить и «Б».

Вы говорили, что коалиция — это институт, с помощью которого осуществляется принуждение элит к диалогу. Но Тимошенко первой извратила суть такого диалога, сформировав парламентскую коалицию меньшинства!

— Нет, Юлия Владимировна соблюдала все формальные правила игры. Она действовала в рамках правил. Понимаете, футбольная игра, к примеру, может быть грязной. Но проходить по правилам футбола. А Виктор Федорович, образно говоря, пришел в Раду играть в баскетбол в то время, когда все депутаты играют в футбол. Да, играть в баскетбол можно чисто и красиво. Эта игра отличается большей результативностью. Однако футбол — более зрелищный, более интригующий вид спорта. Вот в чем разница.

Кроме того, у нас извратили само понятие «коалиция». В парламентских демократиях от коалиции требуется лишь сформировать правительство, назначить премьера и все! А дальше необходимо лишь большинство для принятия законов. Не случайно же треть кабинетов в Европе — это правительства меньшинства. Но государственная машина продолжает работать. Вот скажите, можно ли гарантировать безупречную легитимность нового правительства, сформированного арифметической коалицией большинства? Я бы назвал происходящее легитимационным кризисом новой власти.

Знаете, новая власть в лице Ющенко тоже не особо заморачивалась по поводу чистоты правил игры. Вспомните, как он распустил парламент вопреки Конституции.

— Хороший вопрос. Но есть буква Конституции, и есть дух Конституции. Дух Конституции заключается в том, что власть принадлежит народу. И Ющенко не просто распустил парламент. Он сказал: идите на выборы и определяйте, какая должна быть новая коалиция. Народ выступил в роли арбитра в ситуации кризиса элит. Мы же в ситуации с трансформированием коалиции из парламентской в арифметическую фактически вывели народ из процесса формирования власти.

Почему вывели? Народ же избрал Президента!

— У Президента другие полномочия. Условно говоря, избрали теннисиста, а в футбол играют совсем другие команды. Разные игровые поля. Вот в чем дело. Я понимаю, что новый глава государства оказался в драматической ситуации. Ему необходимо демонстрировать решительные действия. У него есть желание. Однако одного желания мало. Есть еще правила, по которым играет не только наша страна, но и Европа. Ведь народ, избирая Виктора Януковича Президентом, не избирал Николая Азарова премьер-министром.

В ситуации, связанной с формированием новой парламентской коалиции, были два варианта выхода: либо договориться и не пойти на выборы, либо пойти на досрочные выборы. Однако в Раде и не договорились, и на парламентские выборы тоже не захотели идти. Нашли антиконституционный аргумент, чтобы обойти возникшую дилемму. А в политике так делать нельзя. Чтобы выиграть, необходимо чем-то рисковать. Когда в промежутке между первым и вторым турами Яценюк и Тигипко уходили от принятия решения о своей поддержке финалистов президентской гонки, они ошибались. На то ты и политик, чтобы делать выбор. Ты должен кого-то поддерживать. А они думали, что после окончания выборов власть буквально свалится на них. Но ситуация изменилась. Досрочных парламентских выборов никто проводить не хочет. Следовательно, не состоятся и местные выборы. Получается, что капитализацию своей относительной победы (третье и четвертое места) провести невозможно. Это говорит о том, что необходимо рисковать, вовремя принимать решения, а не прятаться за манипуляциями с регламентными или конституционными нормами.

Однако необходимо срочно восстановить управление страной. Вы же не станете этого отрицать?

— Надо. Но политика — это не управление, а поиск баланса интересов, компромиссов. Это переговоры, договоренности. Вот в чем суть политики. И на базе всех этих политических факторов необходимо выстроить более-менее эффективную систему управления. Некоторые в качестве примера эффективной системы приводят Беларусь. Да, это действительно классический персоналистский режим. Но когда Александр Григорьевич стал президентом, у него вся экономика была государственной. Поэтому он получил в свое распоряжение административную вертикаль и мог влиять на директоров предприятий. У нас же другая ситуация. В Беларуси проживают девять миллионов человек, в Украине — в пять раз больше. В Беларуси нет западного региона как особого политического поля. У нас же Западная Украина является идейным гегемоном страны. И это вовсе не комплимент, а простая констатация факта. Ведь идеи украинской государственности, независимости, европейской интеграции появились именно в Западной Украине. Да, мы с Россией дружим, но никто же не говорит, что Украина должна ориентироваться на Россию. Это наш стратегический партнер, но наше место в Европе. В общем, получается, что Украина — не только не Россия, но и не Беларусь. Виктор Федорович не сможет выстроить такую же систему, как у Лукашенко. Да, она внешне привлекательна. Чистые улицы, нет нашего бардака, навязчивой рекламы. Телевидение не такое пошлое и гламурное, как в Украине. Но это же не показатель. Знаете, у американцев есть такая поговорка: «Если король управляет эффективно, то это не является аргументом в пользу монархии».

Меня лично очень настораживает, когда проблема политического порядка подменяется проблемой командного, иерархического порядка. Как в армии. Сказал — сделал. Так не бывает. Почему в Украине нет порядка? В стране не решен вопрос об идеологическом выборе общества. Не сформирована нация. Ни пророссийская, ни проевропейская. Следовательно, нет единых ценностных оснований. Политика, которая не имеет ценностной, национальной оболочки, постоянно расползается. Один политик рвет в одну сторону, другой — в другую. А договариваются между собой, только ориентируясь на власть. Как бы чего от нее получить взамен. В той же Германии, например, политики в рамках большой коалиции договариваются, прежде всего, о том, как вывести страну из кризиса, усилить ее роль на международной арене. Другими словами, у них есть национальный формат договора. У нас этого нет.

И в заключение: так кто же нужен, в конце концов, Украине: объединитель страны или Пиночет, который недрогнувшей рукой наведет порядок? — Давайте уточним: Пиночет — выпускник американского военного колледжа. Он привел за собой западных молодых технократов, которые провели по эффективным западным либеральным лекалам экономические реформы. Где нам взять таких технократов? Разве наши государственные чиновники оканчивали престижные западные колледжи? Конечно же, нет. У нас и хороших военных нет, поскольку нынешний командный состав оканчивал еще советские военные училища. А команда Пиночета училась в Штатах. Эти люди впитали в себя американскую политическую, экономическую и правовую культуры. Но мы не в состоянии выписать подобных специалистов себе. Надо со своими работать. Какие есть… Хочу еще раз подчеркнуть: основной пафос моих ответов заключается в том, что персонализм или, если использовать более эмоциональные определения, авторитаризм, управляемая демократия — нас не спасут. Единственный выход — договариваться со всеми. Президент должен быть лидером и народа, и элит.